АРМИЯ И ОРУЖИЕ:

Битвы и сражения, танки, сау, бтр, бронетехника второй мировой войны. Фото.

  • Увеличить размер
  • Размер по умолчанию
  • Уменьшить размер
Армия и оружие - Танк, САУ, БТР, бронетехника, битвы и сражения второй мировой войны.Фотохроника. Сталинградская битва Сталинградская битва: Огненный смерч между Доном и Волгой. Армия наносит ответный удар.

Сталинградская битва: Огненный смерч между Доном и Волгой. Армия наносит ответный удар.

E-mail Печать PDF

 

  С выходом 6-й полевой армии Ф. Паулюса 17 июля на рубеж реки Чир началась Сталин­градская битва (оборонительный период сражения). Ставка ВГК еще 12 июля срочно приступила к формированию на базе Юго-Западного нового Сталинградского фронта - одного из самых важных во Второй мировой войне (командующий С. Тимошенко, с 23.07 В. Гордов, член Военсо- вета Н. Хрущев, начштаба П. Бодин, с 23.07 Д. Никишев). см. фото.

 

Сталинградская битва: Огненный смерч между Доном и Волгой. Планы меняются.

 

 В этот период тяжело сказалась не­дооценка Ставкой серьезной опасности грядущего сражения, кото­рую таило для всего советско-германского фронта южное направление, удаленность от него резервов и поспешность проведения ве­сенних наступательных операций. Ошибоч­ность мартовских решений стала ясна и Ста­лину, под чьим давлением они принимались,

image17

 

image18

image19

Сталинградская битва  см. фото.

но он, по свидетельству Г. К. Жукова, зная о собственных просчетах и ошибках, не искал виновных среди других, хотя виновных в про­валах и поражениях было достаточно. В пись­ме Военному совету ЮЗФ от 26 июня 1942 го­да Сталин с накаленной суровостью писал: «Если бы мы сообщили стране во всей полноте о той катастрофе... (поражении под Харько­вом. Авт.), то я боюсь, что с вами поступили бы круто...» см. фото.

Сталинградский фронт создавался на ходу, уже под огнем. Армии для него 62-я, 63-я, 64-

я перебрасывались из удаленных центров. Из-за перегрузки транспорта войска подвози­лись разрозненно, по частям, и после форсиро­ванных маршей в 150 200 км по раскаленной степи, подвергаясь непрерывной вражеской бомбардировке, они занимали наспех подго­товленные позиции или с ходу вступали в бой. Наиболее отличившимися в битве армиями ко­мандовали генералы: 62-й В. Колпакчи (до

 

Советский расчет 122-мм гаубицы, укрыв орудие в балке, ведет огонь по врагу.

см. фото. Южный фронт, июнь 1942 года

 

 

image20

image21

Огненный смерч между Даном и Волгой  см. фото.

На базе переданных фронту ослабленных в боях 28-й и 38-й армий формировались 1-я и 4- я танковые армии (командующие К. Москален­ко и В. Крюченкин), для их укомплектования дивизии и танковые части еще должны были прибыть из резерва, и в бои они включились только в конце июля. В состав фронта включи­ли 8-ю воздушную армию, пополнив ее 20 авиа­полками (всего около 200 самолетов), и опера­тивно подчинили Волжскую военную флоти­лию. В тылы фронта отводились на пополнение после боев 13-й, 22-й, 23-й танковые и 3-й кава­

лерийский корпуса. К 20 июля фронт распола­гал 38 дивизиями, но из них только 18 были укомплектованы, 6 имели по 2500 4000 чело­век, а еще 14 насчитывали от 300 (!) до 1000 че­ловек.

Фронту ставилась задача прикрыть полосу в 530 км от Павловска по левому берегу Дона до Клетской и южнее через Суровикино до Верхне-Курмоярской, принять на себя удар мощной группировки, удержать большую излу­чину Дона и не допустить прорыва противника к Волге. Полосы обороны: 63-я от Павловска

 

Гусеничный тягач ЗИС-5 НАТИ тянет зенитное орудие на позицию. Южный фронт, лето 1942 года

Немецкая 105-мм гаубица РН 18/40, захваченная советскими войсками. Южный фронт, лето 1942 года

 

Сталинградская битва

до Серафимовичи, 62-я от Клетской до Суро- викино, 64-я от Суровикино до Верхне-Кур- моярской (схема 3).

В первые 6 дней, с 17 по 23 июля, обстановка на правом берегу Дона накалялась не по дням, а по часам. Сразу же началась гонка за выход первыми на рубежи атак и обороны. Навстречу спешившим к Дону колоннам 6-й армии Пау- люса торопливо выдвигались советские 62-я и 64-я армии. И как ни странно немеханизиро­ванные советские войска, все-таки опередили немцев. Командармы, выигрывая время для развертывания главных сил на основных пози­циях, успели выдвинуть на линию р. Чир пере­довые отряды, которые оказали столь яростное сопротивление, что немецким генералам стало ясно: с ходу к донским переправам не про­рваться. Для немцев, считавших, что русские в основном уже разгромлены, появление новых армий оказалось совершенно неожиданным. В первый же день боев, 17 июля, Паулюс, натолк­нувшись на упорную оборону, запросил под­креплений и через 6 дней, 23 июля, получил 5 пехотных, 3 танковых и 2 моторизованных ди­визий, которые были сняты из-под Воронежа и с главного кавказского направления. К 23 июля группировка Паулюса насчитывала 270 тыс. чел., 500 танков, 3000 орудий и 1200 самолетов. И все это против наших 160 тыс. чел., 400 тан­ков, 2200 орудий и 450 самолетов. Превосходст­

во в людях в 1,7 раз, в артиллерии и танках в 1,3 и в самолетах почти в 3 раза. Но и этих сил для быстрого выхода на Волгу немцам окажется недостаточно.

 

Группировка, действующая про­тив Сталинградского фронта, будет постоянно усиливаться за счет немецких соединений, пе­реброшенных с других участков, а на замену снятым немецким частям будут выдвинуты 8-я итальянская и 3-я румынская армии.

Шесть огненных дней и ночей передовые от­ряды советских войск сдерживали натиск про­тивника, давая время своим армиям изгото­виться на основных рубежах. И эти бои создали гитлеровскому командованию новые затрудне­ния в осуществлении своих планов. После про­рыва к Воронежу Гитлер радостно заявил Ф. Гальдеру, что «с русскими покончено», и тот соглашался с фюрером, но как опытный ген­штабист, весьма уклончиво: «Должен признать, что, похоже, так оно и есть». Теперь же немец­кие генералы были вынуждены менять весь план кампании, сроки и расстановку группиро­вок, и перебрасывать значительные силы с главного на вспомогательное направление. Своей «нелогичной» решимостью обороняться даже в безнадежном положении, русские явно навязывали немцам свою волю. И это была вто­рая пробуксовка плана. А впереди еще предсто­яло форсирование Дона и бои на подступах к Сталинграду.

image22

Советские бронебойщики и пехотинцы ведут огонь по самолетам противника. Южный фронт, лето 1942 года

 

image23

Схема 3. Оборонительные сражения на Сталинградском направлении с 17 июля по сентябрь 1942 года

По распоряжению ГКО и Ставки командова­ние Сталинградского фронта вместе с местны­ми органами власти во главе с секретарем обко­ма А. С. Чуяновым готовило оборону междуре­чья и города. Сталинград прикрывался с запада полукольцами-обводами: внешним 500 км, средним 150 км, внутренним 70 км и го­родским 45 км. На строительство оборони­тельных сооружений в помощь саперным час­тям мобилизовали 225 тыс. человек населения.

В городе создавались рабочие дружины, отряды ополчения и истребительные батальо­ны. Все предприятия переключались на выпуск оружия, боеприпасов и другой необходимой фронту продукции. И это сыграло свою роль в исходе битвы.

Июльские бои с 17 по 30 июля 1942 года на линии Дона и в южном междуречье имели чрезвычайное значение для верховных коман­дований обеих воюющих сторон, о чем свиде­

 

image24

Сталинградская битва

тельствуют два документа, почти одновремен­ные по датам появления (23 и 28 июля), хотя мо­тивы излагаемых в них решений принципиаль­но различны. Речь идет о новой директиве Гит­лера 45 (во изменение и дополнение перво­начальной за 41) и о приказе Сталина 227, получившем в исторической литературе назва­ние «Ни шагу назад

Директива 45 утверждала решение Гитле­ра о передаче основных ударных сил, в частно­сти 4-й танковой армии Гота, на сталинград­ское направление, и предписывала быстро ок­ружить новую группировку русских в между­речье Дона и Волги и захватить Сталинград. На кавказском направлении вместо четырех оста­вались лишь две немецкие армии (17-я полевая и 1-я танковая) и соединения союзных румын. Таким образом, решающим на июль —август становилось сталинградское направление, а до­стижение главной цели Кавказа отодвига­лось на последующий за взятием города пери­од. Гитлер и его высшие штабы исходили из убеждения, что наспех созданный Сталинград­ский фронт не сможет долго противостоять на­пору бронированных кулаков вермахта, поэто­му задача перехвата Волги будет решена в са­мые короткие сроки. Советское Главнокоман­дование заметило этот поворот и учло, что груп­пы «А» и «Б» стали наступать по расходящимся направлениям. Дуга фронта увеличивалась с 500 до 2000 км от Туапсе по линии Кубани на Ростов, Сталинград, Воронеж. Оперативная глубина 750 км. Наступление группы армий «Б» вытягивалось узким клином со слабо прикры­тыми флангами, но немецкие генералы, уве­ренные в быстром крахе русских армий, посчи­тали это не опасным.

Известный приказ Сталина 227 до сих пор часто сводят только к репрессивным мерам и

отбрасывают политические и моральные сторо­ны этого документа, продиктованные патриоти­ческой болью за судьбу Родины, оказавшейся перед лицом смертельной угрозы. В приказе от­крыто говорилось о наших тяжелых поражени­ях, предписывалось беспощадно расправляться с паникерами и трусами, наводить порядок и дисциплину во всех звеньях, «железной рукой пресекать отступательные настроения», потому что отступать дальше в военно-политическом смысле было действительно некуда. Мы уже по­теряли огромную территорию, лишились про­мышленных районов и хлебных источников и могли лишиться нефтяных. Что же касается ка­рательных мер, то бессмысленно давать им мо­ральную оценку. Такие меры закономерны и обычны в критической обстановке на войне. Со времен Древнего Рима известен суровый воен­ный закон «децимации». История войн дает нам немало примеров, когда к подобным исключи­тельным мерам прибегали разные народы и раз­личные политические режимы. В 1941 году под Москвой в немецкой армии также появлялись «заградотряды», штрафные батальоны, а ре­прессиям, вплоть до расстрела, подверглись бо­лее 60 тыс. военнослужащих всех рангов, вклю­чая высших генералов. Так, командующий тан­ковой группой Гепнер был приговорен к расст­релу за отступление под Москвой. Любопытно, что Гитлер, недооценивавший силы русских, понял изложенные в приказе 227 оценки на­ших поражений и потерь, как подтверждение своих прогнозов о скором полном разгроме рус­ских на юге, и это лишний раз утвердило его в решении к немедленному захвату Сталинграда.

Гитлер требовал от генералов скорейшего выполнения директивы 45, и командование группы армий «Б» решило захватить Сталин­град с ходу. План действий, на первый взгляд, был прост и достаточно обеспечен силами. Предполагалось, что 6-я армия Паулюса от ху­тора Перелазовский и 4-я танковая армия Гота от Обливской охватывающими разновремен­ными ударами на Калач замкнут в кольцо на правом берегу Дона советские 62-ю и 64-ю ар­мии, а затем, форсировав Дон, ударом по пря­мой от Калача ворвутся в Сталинград (схема 4). С воздуха сухопутные силы вермахта поддер­живал 4-й воздушный флот Рихтгофена (уси­ленный 8-м авиакорпусом), имевшим приказ Гитлера «стереть Сталинград с лица земли». Сам Гитлер в своей ставке, расположенной в это время на Украине, в Виннице, заверял Пау­люса, что его левый фланг до Воронежа при­кроет, прибывающая туда 8-я итальянская ар­мия, и выразил надежду, что доблестная 6-я бы­стро сокрушит остатки русских и маршем в три четыре перехода пройдет оставшиеся до Ста­линграда 170 180 км.

Паулюс начал наступление 23 июля, масси­ровав танковые-и мотодивизии против правого фланга 62-й армии (схема 3 и 5). Сотни самоле­те рафимовичтов кромсали ее главную полосу, но советские части, выдержав напор, контратаками отбрасы­вали немецкую мотопехоту, а танки встречали огнем противотанковых орудий, бронебойщи­ков и ударами авиации.

 

На одном из участков четверо бронебойщиков, вступив в бой с 30 не­мецкими танками, уничтожили половину из них. По всей линии советской обороны немцы сталкивались с упорным сопротивлением. Лишь через три дня они вышли к Каменской и только к 1 2 августа, потеснив фланг 62-й, про­бились на двух небольших участках у Калача к Дону. Командующий Сталинградским фронтом В. Гордов принял решение ввести в бой еще не закончившие формирование 1-ю и 4-ю танко­вые армии. По приказу Ставки они должны бы­

ли провести формировку в срок 22 28 июля. Гордов в связи с ухудшением положения со­кратил его на два дня, и с 26 июля удары совет­ских танковых армий, согласованные с контра­таками обороняющихся частей, сорвали попыт­ку немцев форсировать Дон. Стрела немецкого удара у Калача затормозилась. Паулюсу потре­бовалось время для перегруппировки своих войск и пополнения.

На южном фасе 4-я танковая армия Гота, развернутая с кавказского на сталинградское направление, в составе 8 пехотных, 2 танковых и 2 моторизованных дивизий и усиленная 6 румынским корпусом перешла в наступление 31 июля. Легко прорвав оборону 51-й армии, которая имела всего 3000 человек на полосу в

image25

Схема 5. Срыв немецкого плана по окружению 62-й и 64-й советских армий на Дону. Контрудары советских 1 -й и 4- й танковых армий в июле 1942 года

Г7

 

Сталинградская битва

200 км, немцы стали продвигаться вдоль желез­ной дороги Тихорецк Сталинград. 64-я ар­мия, имея из-за отхода 51 открытый фланг, отошла под превосходящим натиском на левый берег Дона. Гордов, по указанию Ставки, со­здал во главе с В. Чуйковым оперативную груп­пу (3 дивизии, танковая и морская бригады), ко­торая, медленно отходя на рубеж реки Аксай, вплоть до 5 августа контратаками сдерживала пехотные дивизии немцев. Но танки Гота про­двигались напористо и, обойдя группу Чуйкова слева, 3 августа заняли Котельниково, а 6 авгус­та вышли на рубеж Абганерово оз. Цаца разъезд «74 км» и двинулись к ст. Тингута. Только в 30 км от Сталинграда удалось затормо­зить эту вторую, нацеленную на город (южную) стрелу. И хотя попытка немцев захватить Ста­линград с ходу не удалась, над городом нависла серьезная угроза с юга. Командование фронта незамедлительно выдвинуло из резерва Ставки 57-ю армию Ф. Толбухина на рубеж Абганеро­во Райгород, нацеливая ее на восстановле­ние и укрепление прорванной обороны по внешнему обводу.

Таким образом, в июле командованию вновь сформированного фронта удалось сначала за­тормозить, а затем и отразить первые удары не­мецких ударных группировок перед внешним обводом, но положение фронта все более ос­ложнялось. Протяженность его линии обороны удлинилась до 800 км, число армий и придан­ных им соединений увеличилось, возросли и трудности организации боевых действий войск, вынужденных отражать натиск превос­ходящих сил противника на двух разобщенных направлениях. 5 августа 1942 года Ставка раз­деляет фронт на два: Юго-Восточный (команду­ющий генерал-полковник А. И. Еременко, член Военного совета Н. Хрущев, начштаба М. Заха­

ров) в составе 51-й, 57-й, 64-й армий, 13-го тан­кового корпуса и 8-й воздушной армии. Хрю- кин) и Сталинградский (командующий В. Гор­дов) в составе 62-й, 63-й, 21-й армий и 4-й танко­вой армии, а также 28-го танкового корпуса. Ре­шение не лучшее, оно осложняло массирован­ное использование авиации, разрывало «на­двое» организацию оборонных мероприятий города и уже 9 августа Сталинградский фронт оперативно подчиняют А. Еременко. Но опять же город разделили «разгранлинией» фронтов, по указанию Сталина, посчитавшего, что это надежнее обеспечит его оборону («За Сталин­град равно отвечают оба фронта»). Кроме того, для прикрытия Сталинграда с воздуха в августе срочно формируется 16-я воздушная армия. Руденко).

В августе напряженность на сталинградском направлении нарастала. Немецкое командова­ние, хотя и натолкнулось на решительный от­пор, но, добившись тактических успехов, стре­милось осуществить свой план по окружению 62-й и 64-й армий. Паулюс, вынужденный для перегруппировки сил почти на неделю перейти к обороне, 7 9 августа начал новое наступле­ние на калачинском участке. Уплотнив удар­ный клин, немцы массированным напором тан­ков, артогня и авиации оттеснили 62-ю совет­скую армию западнее Калача. Командарм 62-й армии А. Лопатин нанес фланговый контрудар группой из трех дивизий, которые причинили немцам значительные потери, но сами оказа­лись зажатыми с трех сторон и вели до 14 авгу­ста тяжелые бои (схема 5). Главные силы Лопа­тин отвел на левый берег Дона, заняв оборону на внешнем обводе на участке Вертячий Ля- пичев. Продвижение немцев вновь было приос­тановлено, но положение оставалось критичес­ким, так как Паулюс наращивал силы и готовил

image26

Поврежденные и брошенные при отступлении советские танки Т-34. На дороге видна немецкая самоходка Stug.HI. Южный фронт, лето 1942 года

/<Р

 

image27

Огненный смерч между Даном и Волгой

Условные обозначения ^Положение сторон к 5.8 Положение сторон на 6.8

Схема 6. Контрудар Юго-Восточного фронта в районе Абганерово в августе 1942 года

новый, еще более мощный удар. А. Еременко
доложил обстановку в Ставку. Ее решение бы-
ло неожиданным: с 13 августа он назначался ко-
мандующим обоими фронтами. Его заместите-
лями стали: по Сталинградскому В. Гордов,
по Юго-Восточному Ф. Голиков. При одном
командующем теперь находилось два штаба,
два фронтовых управления исключительный
случай, пожалуй, не имеющий прецедента в
прошлом. Тем не менее, это позволяло более
гибко осуществлять взаимодействие и манев-
рирование силами и средствами фронтов, по-
этому объединение в целом оказалось дейст-
венным.

На южном фасе (теперь полоса ЮВФ) 4-я
танковая Гота продолжала рваться вдоль же-
лезной дороги и поворотом на Зеты попыталась
выйти к Калачу навстречу 6-й Паулюса. Осо-
бенно жестокие бои на участках обороны 64-й
армии развернулись севернее Котельниково.
Удары и контрудары следовали один за другим,
разъезд «74 км» несколько раз переходил из
рук в руки. Чтобы ликвидировать угрозу про-
рыва к Сталинграду с юга, командование ЮВФ
организовало 9 августа при сильной поддержке
авиации контрудар, вошедший в историю бит-
вы, как «бои в районе ст. Абганерово» (схема 6).
Контрудар осуществляла группа в составе 13-го
танкового корпуса (38 танков), 133-й танковой
бригады (21 танк) и 204-й дивизии. При под-
держке армейской артгруппы ударная группа
нанесла лобовой удар на Зеты, в то время как

image28

Колонна бронетранспортеров моторизованной дивизии «Великая Германия». Западный берег Дона, лето 1942 года

image29

Сталинградская битва

image30

Подбитый немецкий танк Pz. Ill J. «Запасные» гусеницы на передней части танка подвешены для усиления лобовой брони. Лето 1942 года

38-я дивизия наносила фланговый удар от фер­мы 3. Гот имел здесь один танковый и два ар­мейских корпуса полного состава. Неравенство в силах огромное, и все же советское командо­вание, сознавая опасность прорыва к городу, пошло на это смелое, хотя и рискованное, пред­приятие. Сил было мало, но превосходящему противнику противопоставили искусный бое­вой порядок: 1-й эшелон танки, 2-й четы­ре истребительно-противотанковых полка (ИПТАП), 3-й эшелон два полка «Катюш». Такое построение позволяло всем эшелонам одновременно участвовать в бою.

Бой открыли залпом «Катюши», затем в ата­ку рванулись наши танки и пехота. Артиллерия

выбивала немецкие танки, а также накрывала немецкую мотопехоту поддержки. Бои длились несколько дней. В результате немцы потеряли до 3 пехотных полков, около 100 танков, десят­ки орудий и минометов и другой техники. 4-я танковая армия Гота была отброшена за внеш­ний обвод и перешла к обороне, а штаб группы «Б» вынужден был срочно подкреплять ее дву­мя дивизиями (танковой и пехотной) взятыми из 6-й армии. Южная стрела немецкого наступ­ления остановилась. Войска левого фланга ЮВФ прикрыли у изгиба Волги важнейший участок Красноармейск Бекетовка. Любо­пытно, что командиры немецкой 4-й танковой в оправдание своей неудачи ссылались на чис­

 

Немецкие танки 4-й танковой армии на подступах к Сталинграду. Лето 1942 года

 

Огненный смерч между Доном и Волгой

ленное превосходство русских, нехватку горю­чего, жару и даже... поля с высокой кукурузой и подсолнечником, закрывавшими обзор танкам и пехоте (эти сведения приводит немецкий ге­нерал Г. Дерр в книге «Поход на Сталинград»).

В середине августа Паулюс, продолжая оже­сточенный нажим на фланги 62-й армии, изго­товился ударить по советской 4-й танковой ар­мии Крюченкина, чтобы выйти в излучину До­на, где река ближе всего подходит к Волге. Ког­да в ночь на 14 августа Еременко прибыл в штаб Сталинградского фронта к Гордову, там сложи­лась следующая обстановка: основные средст­ва усиления фронта оказались на правом кры­ле, на участке 21-й армии за Доном, восточнее Серфимовичи (2 артполка, 2 танковых батальо­на, полки «Катюш» и несколько ИПТАП) и для того, чтобы перебросить их на отражение не­мецкого удара, требовалось, как минимум, 30 40 часов. Но Паулюс упредил, начав наступле­ние уже через 12 часов утром 15 августа. Ре­зервам с правого крыла, прибывавшим разроз­ненно, пришлось отражать удары с ходу, по прибытии. Не успели полностью прибыть и ча­сти, снятые с участков ЮВФ. А противник в по­лосе от Мало-Клетской до хутора Большенаба- товский сосредоточил против двух советских армий (62-й и 4-й танковой) 5 пехотных, 2 тан­ковые и 1 моторизованную дивизии. И хотя 4-я танковая яростно сопротивлялась, немцам уда­лось пробить ее оборону и разорвать армию на две группы. Правая (3 дивизии) отошла на севе­ро-восток, влилась в 1-ю гвардейскую армию, прибывшую из резерва, и получила задачу обо­ронять по рубежу Дона участок Кременская Сиротинская устье р. Иловля. Левая группа, оттесненная на левый берег, заняла оборону на участке р. Иловля Нижне-Гниловская на внешнем обводе. 62-я армия удерживала на ле­вом берегу Дона участок Нижне-Гниловский

image31

Немецкие офицеры из 4-й танковой армии во время ре­когносцировки в донских степях. В качестве возвышен­ности используется бронетранспортер Sd. Kfz. 251

Ляпичев и прикрывала самый короткий путь к Сталинграду по прямой с запада. В эти огнен­ные августовские дни все дивизии Сталинград­ского фронта, изначально вступившие битву в большом некомплекте, понесли тяжелые поте­ри, и только мужество и стойкость бойцов и ко­мандиров да оперативное мастерство генера­лов позволяли отражать натиск врага с боль­шим для него уроном.

В результате боев 17 18 августа, используя численное и техническое превосходство и опоздание командования Сталинградского

image32

Немецкий четырехосный разведывательный броневик Sd. Kfz. 232 с 20-мм пушкой и рамочной антенной. Калмыц­кие степи, лето 1942 года

 

Сталинградская битва

image33

Немецкая бронетехника изготовилась к атаке. Плоская место для применения танковых и моторизованных соед|

фронта с перегруппировкой, Паулюс смог, на­конец, выполнить ближайшую задачу выйти к Дону на большом участке Трехостровский Большенабатовский и занять исходные пози­ции для форсирования реки.

Командование группы армий «Б», усиливая ударные группировки, торопило Паулюса с форсированием, а от Гота требовало пробиться на Красноармейск. Этот район не случайно притягивал гитлеровских стратегов. Здесь кры­лась одна из важнейших особенностей района Сталинградской битвы в ее оборонительный период.

Дело в том, что как театр военных действий сталинградский оперативный район, представ­ляет собой равнинную по рельефу местность с выходом в донские и калмыцкие степи. В цент­ре его находится растянувшийся на 60 км вдоль Волги с севера на юг город Сталинград. И у са­мой южной оконечности городских кварталов находится участок, имеющий решающее зна­чение для всего оперативного района. Это не­большие приволжские возвышенности между Бекетовкой и Красноармейском. Здесь, где Волга круто поворачивает на юго-восток и по прямой уходит к Астрахани, берег возвышает­ся на 150 м. Эта возвышенность господствует над всем изгибом реки и островом Сарпин- ским. Именно здесь находится «ключ от Ста­линграда». Перехват Волги в этом месте стал бы роковым для города и более того для все­го южного (левого) крыла фронта. Более того, Красноармейск краеугольный камень обо­роны Сталинграда одновременно являлся конечным пунктом единственной коммуника­ции, связывающий по суше Западный берег

оверхность донских и приволжских степей - идеальное нений

Волги с Астраханью. Захват этого участка давал возможность полного контроля и наблюдения как на Восток, через Волгу, так и на Запад, в калмыцкие степи, и представлял для обеих сто­рон выгодный плацдарм как для обороны, так и для наступления. Немецкому и советскому ко­мандованию было известно ключевое значение этого участка у Красноармейска. Поэтому его укрепление началось безотлагательно и одно­временно с созданием Юго-Восточного фрон­та. Уже 13 августа советские войска, отведен­ные с рубежа р. Аксай на участок Демкин Те- бектенерово, уплотнили оборону между река­ми Аксай и Мышкова. Там были установлены плотные минные поля, образовав предполье, где оборонялись передовые отряды 64-й армии, а в тылу сосредоточены общие и особенно про­тивотанковые резервы стрелковая дивизия, противотанковая бригада и два противотанко­вых полка. Здесь же развернулась 57-я армия. Еременко замечает: «Если бы такая возмож­ность (укрепить участок к северу от Сталингра­да) представилась и в полосе Сталинградского фронта, то враг никогда не увидел бы Волги».

В дни, когда Паулюс пробивался на исход­ные позиции для прыжка через Дон, Гот, попол­нивший армию свежими дивизиями, попытал­ся захватить «краеугольную точку», которая позволила бы ему «перевернуть» весь Сталин­град. Двумя пехотными и одной моторизован­ной дивизиями Гот нанес удар в районах ст. Аб- ганерово, разъезд «74 км», Демкин, с им. Юр- кина. Ожесточенные бои закончились лишь за­хватом Абганерово. Тогда уже группировкой из трех пехотных, двух танковых и одной мотори­зованной дивизий немцы ударили из района

Плодовитое на Красноармейск и Бекетовку и
прорвались к пунктам Дубовый Овраг, балка
Морозовская, но, пытаясь углубить прорыв, на-
толкнулись на минные поля и огонь истреби-
тельно-противотанковых полков. Бронирован-
ный кулак потерял силу. В эти дни немецкие ко-
мандиры, вводя в бой по 100150 танков и пол-
ки пехоты, после 4 5 атак в день теряли до 50%
своих танков и до 40% личного состава полков.
И хотя потери советских войск были отнюдь не
меньшими, немецкому командованию стало яс-
но, что план захвата города с ходу невыполним.

В эти дни кровопролитных боев пропаганди-
сты Геббельса заговорили о появлении у рус-
ских на Волге «крепости Сталинград», превос-
ходящей своей неприступностью знаменитый
Верден. Мировая пресса оценивала ситуацию
иначе, осторожно заявляя, что немцы, кажется,
опять увязли, на этот раз — под Сталинградом.

Гитлер и его генералы были обескуражены
таким упорным сопротивлением советских
войск. Они никак не ожидали, что, по их мне-
нию, дезорганизованные еще в июне и мало-
численные русские армии, смогут остановить
немецкий марш к Волге. За месяц с 17 июля по
17 августа немецкие войска, во всем превосхо-
дящие русских продвинулись лишь на 60 80
км (это по 2 км в день). Гитлер был крайне недо-
волен действиями командующих 6-й и 4-й ар-
мий. Два срока взятия Сталинграда, назначен-
ные им лично, прошли, но Паулюс и Гот, все
еще не окружили и не уничтожили русских на

image34

image35

 

Огненный смерч между Донам и Волгой

Советские пехотинцы из 64-й армии готовятся отразить атаку немецких танков. Западный берег Дона, июль - август 1942 года

Немецкий шестиствольный реактивный миномет на выставке трофейной техники во Владикавказе (Орджоникидзе). Такие же испо

Сталинградская битва

image36

Расчет зенитного «максима» ведет огонь по самолетам противника. Сталинградский фронт, конец лета 1942 года

правом берегу Дона, а топтались в междуречье. Сталинград, как насос втягивал все больше и больше сил и резервов. Безвозвратно уходило ценнейшее время, ломалась и рушилась судьба всей летней кампании. Гитлер нервничал и тре­бовал «любой ценой взять Сталинград или сте­реть его с карты».

После того, как попытка захватить Сталин­град разновременными ударами сорвалась, ко­мандование группы армий «Б» решило овла­деть городом одновременными концентричес­кими ударами. 6-я армия Паулюса наступала от Трехостровского на северную окраину и в центр Сталинграда, а 4-я танковая Гота от Абганерово Плодовитая на южную окраину (схема 7, с. 26). Для обеспечения стыка между армиями наметили удар от Калача на восток. Авторами этого плана были, по-видимому, сам Паулюс и его начальник штаба генерал Шмидт. Во всяком случае, план изложен за подписью Паулюса в «Армейском приказе на наступле­ние на Сталинград» от 19 августа 1942 года в 18 часов 45 минут. В замысле расчетливо предпо­лагалось охватывающими клиньями замкнуть в кольцо 62-ю и 64-ю советские армии, а ударом от Калача разорвать стык между ними и унич­тожить в двух полукотлах. Клин от хут. Трехо- стровский через хут. Вертячий на Рынок учи­тывал отсутствие у русских на северной око­нечности города укрепленного участка оборо­ны, подобного Красноармейскому. А клин 4-й танковой проходил с юга, минуя ключевой уча­сток Красноармейск Бекетовка. Это сближа­

ло ударные группировки, и, таким образом, улучшало их взаимодействие и усиливало удар­ную мощь. Сдвиг 4-й танковой «влево» от Крас- ноармейска был обусловлен отнюдь не недо­оценкой «краеугольной точки» Сталинграда, но опасением, что Гот снова увязнет в безрезуль­татных боях за высоты и весь план утратит смысл. Опыт был учтен.

Паулюс, как старший командующий, кото­рому оперативно подчинялась 4-я танковая ар­мия Гота, сосредоточил танковые корпуса на флангах группировки: на северном две тан­ковые и две моторизованные, а на южном три танковые и две моторизованные дивизии. В центре (от Калача) он двинул в наступление де­вять пехотных дивизий. Группировка превос­ходила советские войска по численности в 2 ра­за, по артиллерии в 1,5, по самолетам в 3, по танкам в 4 раза.

Уже в день подписания приказа 6-я армия предприняла атаки с целью форсировать Дон. Начался новый этап обороны бои на внеш­нем и среднем обводах. Первая попытка нем­цев переправиться у Нижне-Акатова и Нижне- Герасимова закончилась полным уничтожени­ем переправившихся немецких частей. После этого Паулюс перенес атаки на Вертячий и Пе- сковатку, создал на узком участке многократ­ное превосходство, подтянув сюда 6 дивизий (2 моторизованные, танковую и 3 пехотных), уси­ленных артиллерией. Эти силы при непрерыв­ной массированной поддержке авиации созда­ли огневой щит прикрытия переправ из всех ог­

 

Огненный смерч между Доном и Волгой

невых средств танковых и моторизованных ди­визий и полевой артиллерии. Этому натиску противостояла лишь 98-я дивизия полковника И. Баринова (затем И. Сергеева) и три батальо­на 54-го укрепрайона (полковник М. Карна- чев). Гордов и Лопатин немедленно переброси­ли на помощь 87-ю дивизию (полковник Казар- цев), два ИПТАП и другие части. В жестоких схватках «атаки-контратаки» немцы смогли продвинуться лишь там, где на позициях уже не оставалось ни одного защитника. К исходу 20 августа Паулюсу все же удалось буквально втиснуть на небольшой плацдарм две свои ди­визии, а к исходу 21 августа переправить еще две. Но далее из-за больших потерь он был вы­нужден сделать паузу, чтобы подготовить бро­нированный клин для броска на Сталинград 23 августа.

Прорыв к Сталинграду на участок Рынок - Ерзовка произошел в критической обстановке, сложившейся для войск фронта. Объединен­ное командование еще в дни боев 15 21 авгус­та раскрыло в общих чертах намерение против­ника и новый оперативный план захвата города с двух направлений. Оба были опасными, но особое внимание уделялось южному направле­нию, с ключевыми высотами у изгиба Волги. Прорыв к ним грозил катастрофой. Туда посто­янно подбрасывались наши резервы. В центре и на всем северном фасе малочисленность со­ветских войск и недостаток боевых средств'не позволяли создать крупные резервные кулаки, и удары противника отражались лишь перебро­

ской частей с неатакованных участков. «Пры­жок» Паулюса через Дон и бросок к Волге, под­держанный небывало массированным авиауда­ром по городу, оказался внезапным не по за­мыслу и времени, а по своей мощности, значи­тельно превосходящей наличные силы и оборо­нительные возможности советских войск на этом участке северного фаса.

Многие дни Сталинградской битвы были «тяжелыми» или «грозными». Но 23 августа 1942 года можно с полным основанием назвать днем «адским». Ниже дана картина, основан­ная на воспоминаниях непосредственного уча­стника тех трагических событий и свидетеля этого ужасного, отмеченного кромешным пла­менем, дня. Участники тех событий действова­ли на разных уровнях и наблюдали этот ад с разных точек: с КП фронтов и армий, дивизий и полков, из солдатских окопов или с улиц горо­да, но с единым волевым чувством: «Устоять! Во что бы то ни стало

Свидетельствует А. И. Еременко. С утра те­лефоны раскалились от тревожных донесений. В 8 часов из штаба 62-й: противник при под­держке крупных масс авиации и артиллерии повел сильные атаки от Вертячего, нацеливаясь через полосу Большой и Малой Россошки на Сталинград. Стало ясно: Паулюс решился на прорыв. Мгновенно штабы приступили к орга­низации контрударов, изыскивая все, что мож­но бросить в бой. Но превосходство врага вели­ко, события нарастают почти по минутам. В 8 часов 20 минут донесение от начальника

image37

Танки Т-34 производства Сталинградского тракторного завода готовятся к отправке на фронт. Август 1942 года

 

image38

штаба 8-й воздушной армии Селезнева: летчи­ки обнаружили две колонны по 100 танков каж­дая, за ними сплошные колонны машин с пе­хотой, на линии Малой Россошки все горит. Приказываю: Селезневу и Хрюкину (команду­ющий авиацией ЮВФ) немедленно поднять всю авиацию Сталинградского и все штурмови­ки и ударить по танкам и мотопехоте. 9 часов звонок от Е. Райнина (начальник корпуса ПВО): немцы выходят к Большой Россошке (уже!). Приказываю: огонь по самолетам и прямой на­водкой по танкам. 10 часов приказ начальни­ку танковых войск фронта А. Штевневу: задер­жать отправку двух танковых корпусов на фор­мировку, ударить немцам во фланг с северо-за- пада в корпусах лишь по 20 25 танков, и в основном легкие Т-70, и это против сотен не­мецких).

Огромным напряжением воли заставляю се­бя сохранять спокойствие. Создалась действи­тельно тяжелая обстановка, решается судьба Сталинграда, а, возможно, и всей кампании 1942 года. А в городе почти нет войск, опасность захвата исключительно велика... Звонок от на­чальника военных сообщений А. Коршунова (голос упавший, растерянный): разбит эшелон с пополнением и боеприпасами, танки немцев идут в Сталинград. Что нам делать?.. Резко от­вечаю: покончить с паникой, нести службу! 11 часов приказ начальнику гарнизона города Сараеву: двумя полками вместе с артдивизио-

image39

Сталинградская битва

Схема 7. План Паулюса по захвату Сталинграда концентрическими ударами 19 августа 1942 года

image40

image41

СТАЛИНГРАДСКИЙ ФРОНТ (ДОНСКОЙ)

Огненный смерч мещанам и Волгой

Схема 8. Прорыв 6-й армии Паулюса к Волге в районе Томилина и контрудары советских войск в августе - сентябре 1942 года

нами ПВО закрыть северо-западное и западное направления к городу. В помощь выдвигаю ре­зервный полк к заводу «Баррикады». 12 часов доклады заместителя по Юго-Восточному Ф. Голикова и начштаба Г. Захарова: 4-я танковая Гота заняла ст. Тингута и разъезд «74 км», на других участках отбита. Наша 38-я дивизия де­рется в полуокружении. Готовим контрудар. Мое решение: усилить контрудар 56-й танко­вой бригадой из резерва. Замысел врага прояс­няется окончательно: двумя клиньями, как и предполагалось, ворваться в Сталинград.

События уплотняются. Едва успел доложить обстановку в Генштаб звонок от Лопатина (62-я): противник около 250 танков и 1000 ав­томашин с пехотой смял полк 87-й и фланг 35-й дивизий. Приказ: своим резервом закрыть прорыв, отбросить врага от среднего обвода. И сразу же два донесения: Райнин, Сараев и 10-я дивизия НКВД ведут бой уже в районе Орлов- ки. Решаю, какие части им выделить для усиле­ния... Звонок с Тракторного завода от В. Малы­шева представителя ГКО: немецкие танки движутся на Рынок, наши зенитчики ведут с ни­ми бой, на заводе рвутся снаряды. Объекты под­готовлены к взрыву. Приказываю: не взрывать!

Рабочую дружину в бой! Завод защищать во что бы то ни стало (заводы города дают еже­дневно по 20 орудий и 10 танков). Трубку у Ма­лышева перехватывает генерал Фекленко. Ему приказ: силами учебного центра (2000 человек и 30 танков) оборонять завод. В помощь направ­ляю две бригады: танковую и стрелковую. При­были генералы Шестаков и Анисимов с докла­дом: наплавной мост от Тракторного через Вол­гу построен досрочно за 10 дней. Приказываю: объявить благодарность строителям, а мост... уничтожить немедленно. Оба невольно отступа­ют на шаг в немом удивлении: все ли в порядке у командующего с головой? Краткое объясне­ние: могут проскочить немецкие танки. Мост уничтожить! Потрясенные генералы уходят вы­полнять приказ. И единственное, кажется, в этот день отрадное донесение: 124-я бригада полковника Горохова переправляется через Волгу. Приказываю: бригаде с ходу паромов) ударить по противнику и отбросить его от Трак­торного завода. Но самое страшное впереди.

Ровно в 18.00 до 600 немецких самолетов об­рушили массированный удар сразу на весь го­род. Донесение об их подходе поступило за 5 минут. Чувствую как сильно забилось сердце,

27

 

Сталинградская битва

image42

image43

Немецкий командирский бронетранспортер Sd. Kfz. 251 из танковой дивизии СС «Великая Германия» перепра­вился через Дон. Лето 1942 года

как на лбу выступили капли пота. Мозг нестер­пимо засверлила мысль: вся наша авиация в воздухе, но город, сам город почти беззащитен. Через несколько минут он превратился в ог­ненный ад. Целые кварталы, прежде всего де­ревянных построек, мгновенно исчезали. В гро­хоте разрывов раскалывались каменные зда­ния, обнажая изуродованные железные осто­вы, в огне плавились кирпич и металл, нефть из хранилищ хлынула в Волгу, превратив ее в мо­ре огня и взметнув до неба огненные языки пламени и черного дыма. А по улицам, ища спа­сения, метались и гибли от осколков, пуль, огня и удушья тысячи жителей города: женщин, де­тей, стариков. Сердца бойцов сжимались от бо­ли, ум не мирился с невозможностью предотв­ратить мучения людей, ненависть к фашист­ским изуверам потрясала души. Зенитчики из 500 орудий вели огонь до заклинивания ство­лов, летчики, расстреляв все патроны, шли на таран и 90 черно-крестовых самолетов рухнули в ими же сотворенный ад.

Таково видение этого дня с командного пункта фронта.

Немцы отлично знали, что непосредственно в городе войск, как и серьезных оперативно- тактических целей, не было, но озлобленные упорством обороны, срывом своих планов, не­удачами и потерями, они сознательно постави­ли цель: подвергнуть Сталинград сплошной бомбардировке, уничтожить как можно боль­ше строений и людей, посеять панику среди на­

селения города, парализовать волю его защит­ников и принудить их сдаться. Именно такое' понимание этой варварской бомбардировки выразил немецкий офицер из 267-го полка 94-й пехотной дивизии Вильгельм Гофман в своем дневнике, попавшем позже к нам в руки: «Ста­линград предан огню по приказу фюрера. Так им, этим русским, и надо, чтобы прекратили со­противление».

В 9 часов вечера 23 августа на КП Юго-Вос­точного фронта А. Василевский и А. Еременко иодвели итог беспредельно тяжкого дня. Здесь же находились Н.С. Хрущев, А. Малышев, А. С. Чуянов и член ГКО Г. К. Маленков. Город, про­должавший подвергаться авиаударам, пылал гигантским костром так, что в 70 км от него можно было читать газету. Проводной связи с Москвой не было, доклад Сталину отправили по радио. Враг пробился к Волге узким коридо­ром шириной в 9 км между Рынком и Ерзовкой, разорвал линию фронтов и отрезал 62-ю армию от Сталинградского фронта. Но не смог во­рваться в город с ходу, тем более взять его. На левом фланге ЮВФ юга) 4-я танковая Гота за­хватила ст. Тингута и рвется к ст. Тундутово, за­ходя в тыл 64-й армии, а в центре противник, форсировав Дон, взял Калач и теснит фланг 62- й армии, угрожая тылам и окружением обеих армий.

В ответ на прорыв противника А. Василев­ский и А. Еременко принимают решение: гене­ралу К. Коваленко (заместитель В. Гордова) не­медленно, в ночь на 24 августа, группой из трех дивизий, танковой бригады и 28-го танкового корпуса ударить от Паньшино и Котлубани на Мал. Россошку и одновременно командарму Лопатину со стороны 62-й армии ударить 87-й дивизией в ту же точку, перерезать коридор, восстановить оборону по Дону. Группе генера­ла А. Штевнева (2-й и 23-й танковые корпуса) с рассветом ударить от Рынка и Орловки на Ер- зовку, отсечь противника от Волги (схема 8).

Утром 24 августа получена телеграмма Ста­лина: «...драться с противником днем и ночью, навалиться объединенной авиацией фронтов, всей артиллерией и эрэсами. Сталинград удер­живать во что бы то ни стало». А днем Сталин и Василевский приняли решение: срочно уси­лить Сталинградский фронт тремя армиями, а город несколькими дивизиями и частями. Однако для выдвижения их на позиции требо­валось время, оно становилось решающим фак­тором в срыве планов врага. До подхода резер­вов А. Еременко приказывает всеми наличны­ми силами атаковать немцев по всей «прорыв­ной» линии, «обрубить» коридор и восстано­вить оборону по внешнему обводу.

Все эти решения осуществлялись в период с 23 августа по 3 сентября. Попытки советских войск ликвидировать, а немецких расши­рить коридор развернулись в необычайно кро­вопролитные бои с большими потерями для тех

 

Огненный смерч между Донам и Волгой

и других. Группа Коваленко еще в ночь на 24 августа перехватила коридор, но немцы разо­рвали тонкую перегородку. Не удались и после­дующие попытки частности 26-го августа), хотя группа усиливалась двумя дивизиями и танковыми частями. Немцы каждый раз вос­станавливали положение. Фронт здесь стаби­лизировался на рубеже Панынино Томилин. Немцы, понимая важность этого коридора, то­ропливо укрепляли позиции на его «стенках», а под наши удары выдвигали заслоны, иногда да­же не успевая их прикрыть артогнем и броней, и обрекая на гибель, но любой ценой сохраняя выход к Волге.

В соответствии с решением Ставки 21 -я и 63- я армии Сталинградского фронта нанесли схо­дящиеся удары от Еланской и от Серафимови­чи, и захватили на правом берегу Дона плац­дарм размером 50 на 25 км. В то же время 1-я гвардейская армия Москаленко атаками на Пе- сковатку смяла части немцев и продвинулась на 10 15 км (схема 8). Однако коридор они пе­ререзать не смогли. В те же дни группа Штевне- ва (28 августа) отбила попытку 14-го танкового корпуса генерала Витерсгейма прорваться из коридора на северную окраину города.

Ни одна из сторон не достигла поставлен­ных целей. Советское командование в критиче­ской обстановке не имело достаточных сил и средств, особенно танков и авиации для ликви­дации прорыва. Наспех создаваемые ударные группировки формировались из ослабленных соединений, резервы подходили по частям и с

ходу, без подготовки, бросались в бой. Но и не­мецкое командование не смогло выполнить главной задачи немедленно развернуть 14-й танковый корпус Витерсгейма на захват Ста­линграда с севера. Витерсгейм, атакуемый со всех сторон и не раз отрезанный, сам попал в такое отчаянное положение, что запросил раз­решения на отход. Но, по свидетельству Ф. Гальдера, фон Вейхс запретил отступление, ссылаясь на категоричный приказ Гитлера. В конечном счете, оперативный результат срыв захвата города и выигрыш времени для обороны оказался в пользу советского ко­мандования.

Германский 4-й воздушный флот не прекра­щал бомбардировок Сталинграда. Условия жизни в нем для населения становились невоз­можными и уже ночью 23 августа А. С. Чуянов через Еременко по прямой связи по ВЧ со Став­кой запросил у Сталина разрешения на эвакуа­цию. Но Сталин, по-видимому, еще не имевший полных сведений о сложившейся обстановке ответил на запрос отказом. По словам Еремен­ко, это звучало приблизительно так: «Следует понимать, что если начнется эвакуация и мини­рование заводов, то эти действия будут поняты, как решение сдать Сталинград. Поэтому ГКО запрещает подготовку к взрыву предприятий и их эвакуацию». Решение об эвакуации населе­ния запоздало на два дня и было принято толь­ко 25 августа. Ее осуществили под огнем и бом­бардировкой противника волжские речники и Волжская военная флотилия (контр-адмирал

image44

 

image45

Сталинградская битва

Немецкие разведчики, вышедшие к Волге на броневике Sd. Kfz. 232, осматривают противоположный (восточный) берег реки. Август - сентябрь 1942 года

Д. Д. Рогачев), хотя в эти напряженные дни они были предельно заняты переброской войск и грузов.

Угрожающее положение складывалось и на южном фасе и в центре ЮВФ. Против 62-й и правого фланга 64-й армий наступало 11 немец­ких дивизий (8 пехотных, 2 танковых и одна мо­торизованная). Выход Гота к Тундутово пере­хватывал тылы 62-й, а прорыв немцев вдоль же­лезной дороги Калач Сталинград открывал тылы обеих советских армий и прямой корот­кий путь на Сталинград. В этой обстановке ко­мандармы Лопатин и Шумилов предприняли искусный оперативный маневр. В ночь на 31 ав­густа, пока 64-я армия в боях сдерживала про­тивника у Ракитино, основные силы 62-й совер­шили трудный 40-км марш, отошли на средний обвод и заняли рубеж Рынок Орловка - Нов.Рогачик. Плечом к ней, совершив такой же выход из-под удара, встала 64-я армия от Нов. Рогачика до р. Червленная. Окружить совет­ские армии не удалось. Немцы, упустив этот мо­мент, срочно создали группировку из 6 пехот­ных, 2 танковых и одной моторизованной диви­зий, и, выполняя категоричный приказ Гитлера к 1 сентября ворваться в город, попытались опять пробить фронт 62-й и 64-й армий. Бои продолжались три дня, проходили с большим уроном для обеих сторон и дали немцам лишь частный успех небольшое вклинение в стык армий у Басаргино. Но за спиной советских ар­

мий не было ни одного батальона резервов, да и командование фронтом их тоже не имело. По­этому, чтобы избежать новых охватов и окру­жения, 2 сентября по приказу А. Еременко 62-я и 64-я армии отошли на внутренний обвод.

С 3 по 12 сентября развернулись бои на ближних подступах к Сталинграду, а с 13 сентя­бря начался штурм самого города.

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Армия и оружие: Фото бронетехники

Rambler's Top100


Популярное

Объявления

http://armia.isgreat.org/images/stories/Aspose.Words.d58e9644-a8da-484e-8126-0dbb8375c049.001.jpeg

Основной боевой танк T-80

Хоть к концу 1960-х годов Советская Армия распола­гала самой передовой для своего времени бронетанко­вой техникой ( бронетехника ) , а принятый на вооружение в 1967 году танк Т-64 по основным боевым показателям заметно превосходил зарубежные аналоги - оружие М60А1, «Leopard» и «Chieftain», начало совместной работы танкостро­ителей США и ФРГ над созданием основного боевого танка нового поколения (проект МВТ 70) подтолк­нуло советских специалистов к созданию новой, еще более совершенной боевой техники (см. фото).

 

Читать полностью...
. v-tc.net